Search
  • Maria Matskevich

Интервью: Трудности при открытии бизнеса в Европе без европейского паспорта



Некоторым может показаться, что не допуск низкоквалифицированных мигрантов в их страну – это благо. В этой связи я часто слышу аргумент: «нам придется платить за них из наших налогов». Хотя по этому поводу уже высказывались эксперты и были предложены компромиссные решения – предлагаю немного углубиться в эту тему. Что, если я скажу вам, что даже высококвалифицированным получившим университетское образование иностранцам отказывают в возможности работать в Европе и других странах, если они не граждане данной страны. Уже слышу, как вы отвечаете: «Ну, правительство лишь защищает своих граждан и сохраняет для них рабочие места». ОК. Что, если такой иностранец не пытался «украсть» работу от граждан данной страны, а хотел создать рабочие места для местных жителей? В этом случае обстоятельства ситуации вам станут интересны?

Если «да», то приглашаю вас запастись чашечкой чая, кофе или иного любимого напитка и прочитать это интервью. Несколько недель назад у меня была возможность поболтать с моим хорошим другом – Мохамедом Эль-Шаркави, выпускником École hôtelière de Lausanne, гражданином Саудовской Аравии и Египта, и одним из тех, кто совсем недавно столкнулся с трудностями, возникающими из-за миграционных законов.

Почитайте и сообщите нам, что вы думаете об этом. Считаете ли вы те ограничения, с которыми ему пришлось столкнуться, оправданными, или вы думаете, что они были чрезмерными и мы все заслуживаем большей свободы?


ИНТЕРВЬЮЕР

Не могли бы Вы нам немного рассказать о себе и о том, как ограничения свободы передвижения влияют на вашу жизнь?


МОХАМЕД


Мой отец – египтянин, а мать – саудитка, и я жил в Саудовской Аравии большую часть своей жизни. Школу я закончил в Бахрейне. Это небольшой остров рядом с Саудовской Аравией. Там я закончил школу, а затем поступил в École hôtelière de Lausanne (EHL) в Швейцарии, чтобы изучать гостиничный бизнес.

Мне повезло. Когда я был ребенком, то много ездил по миру, встречался с новыми людьми и узнал разные культуры. Поэтому я хотел получить диплом бакалавра за границей и в итоге поступил в EHL. До поездки я должен был получить студенческую визу, то есть я не мог просто поехать в университет, который выбрал. Конечно, это весьма стандартная процедура, но тем не менее, это дополнительные действия, которые нужно произвести, чтобы заняться получением выбранного образования. Требуется предоставить довольного много документов.

В итоге я проучился в Швейцарии 4 года и прожил там 5 лет. Первые 6 месяцев я жил на кампусе, а остальное время в арендованной квартире, то есть непосредственно вкладывал деньги в швейцарскую экономику. Я платил налоги, аренду и все остальные сборы, которые было положено платить.

Как только я закончил обучение в EHL, то решил попытаться свернуть горы и получить работу в Швейцарии. Для этого я продлил свой B permit (разрешение, выдаваемое студентов на период обучения и обновляемое каждый год) на дополнительные 6 месяцев, что позволяло мне искать работу в Швейцарии, но не работать.


ИНТЕРВЬЮЕР

И как продвигалось дело?


МОХАМЕД


Теперь я могу сказать, что был наивен, когда думал, что смогу получить работу в Швейцарии с моим гражданством. Швейцария, в частности, очень сложное место для получения работы иностранцами. Я подал заявления во множество мест, при этом, не сильно ограничиваясь родом занятий, главное, чтобы работа была связана с услугами. Я подавал резюме в большие компании, средний, маленькие. В любые.

Самое близкое, насколько мне удалось добраться до собственно найма, было интервью с управляющим отдела кадров в Отеле President Wilson в Женеве. Конечно, я был рад этой встрече. Все прошло очень хорошо; ей понравилось, что я учился в EHL, и она считала, что мои личные качества подойдут для работы в среде отеля President Wilson. Менеджер по персоналу сказала мне, что мы можем двигаться дальше в части найма и прямо перед тем, как расстаться в этот день, спросила, какой у меня паспорт. Я ответил, что у меня египетский паспорт. Тут она буквально отступила. Она почти съежилась, не нахожу лучшего слова, и сказала: «Я сделаю, что смогу. Вы мне нравитесь, но все очень сложно с египетским паспортом. Нет ли у Вас другого паспорта?». У меня его не было. У меня было лишь то, с чем я родился. Интервью закончилось и довольно скоро мне позвонил генеральный управляющий и сказал, что у него нет средств, чтобы спонсировать визу, поскольку тогда отель превысит квоту на наем иностранцев. Поэтому, несмотря на то что я подхожу, они не могут меня нанять.


ИНТЕРВЬЮЕР


Вы указывали свое гражданство в заявлении на работу и резюме?


МОХАМЕД

Нет, в этой части я схитрил. Мне казалось, что, если я сразу укажу на египетское гражданство в своем резюме, то мои документы сразу отправят в стопку «непригодных». Я думал, что, если смогу добраться до интервью, показать себя, то может быть египетский паспорт уже не будет такой проблемой. Думал, что шансы увеличатся по сравнению с тем, когда не будет надежды даже на интервью.

Таким образом, в течение 6 месяцев пока я искал работу в Швейцарии у меня было где-то 6-7 интервью. Все они прошли отлично, но

я регулярно упирался в «кирпичную стену», как только менеджеры слышали о моем паспорте. Можно было заметить, как менялось выражение их лица. Это не их вина; это законы и ограничения, с которыми работодателям тоже приходится сталкиваться. Все это не помогает ни одной из сторон.

Со временем, когда моя швейцарская виза истекла, я собрал свои вещи и вернулся в Саудовскую Аравию, откуда родом моя мать. Там я жил и работал в течение полутора лет. Затем у меня появилась идея.

ИНТЕРВЬЮЕР

Почему Вы не хотели вернуться в свою страну после окончания учебы по бакалавриату? Почему бы не остаться в стране, где вопрос о визе не встает?

МОХАМЕД


Если честно, мне нравилось работать в Саудовской Аравии. Для меня это не было проблемой. Но я хотел разнообразия. Я рос в разных культурах и много путешествовал, поэтому пытался делать то, что считал правильным, и узнавать новые места. В Саудовской Аравии у меня есть отличные возможности, это точно, но мне казалось, что я уже впитал многое из этой страны и хотел узнать что-то еще. Я хотел окунуться в этот огромный мир и посмотреть его. Кроме того, поскольку я получил образование в Швейцарии, я узнал многое, что в том числе можно использовать на моей родине. Но, с другой стороны, еще больше моих навыков применимы в Швейцарии и, видимо, в Европе, поскольку именно там я учился.

ИНТЕРВЬЮЕР


За последнее время Вы сталкивались с проблемой недостаточно открытых границ?


МОХАМЕД

Да. Совсем недавно я столкнулся с ситуацией, которая меня совершенно разочаровала. Дело в том, что в других случаях, я хотя бы понимаю аргументы, выдвигаемые за иммиграционные ограничения в определенных странах. Но в этой ситуации вообще нет никаких аргументов.

Вот что случилось. Я работал в Саудовской Аравии и хотел открыть там 9Round по франшизе. Это специализирующийся на кикбоксинге фитнес клуб. Впервые я узнал про него в 2016 году и полюбил эту компанию. Мне хотелось привезти проект домой в Саудовскую Аравию. Так вот, когда я окончил университет, то уже собрался заняться этим, но оказалось, что кто-то уже приобрел франшизу для Саудовской Аравии и сделал там фитнес клуб. Кстати, этот проект стал очень успешным.

Франшиза распространялась не весь Ближний восток, поэтому мне подумалось, почему бы не привезти эту программу в Швейцарию? Ведь после Саудовской Аравии и Египта, наиболее знакомое мне место – это Швейцария. Я там учился, знаю рынок и культуру. Мне хотелось привезти эту фантастическую компанию, которая, по моему мнению, может добиться успеха на швейцарском рынке. У меня и моего брата прошло интервью с представителями компании по франшизе и мы решили, что нужно продолжать заниматься этим проектом: проверили несколько встреч, чтобы показать, что мы хорошие кандидаты для продвижения франшизы в Швейцарии.

Как только мы получили права, часть дела, связанная с франшизой, была завершена. Нам оставалось решить логистические вопросы: как, находясь в Саудовской Аравии, строить бизнес в Швейцарии. Мне казалось, что это не будет проблемой. В течение 5 лет я собираюсь вложить более миллиона франков в экономику Швейцарии. Плюс, мой бизнес будет связан со здоровым образом жизни, то есть будет ценным и полезным для швейцарцев, резидентов и всех, кто там находится. Я не собираюсь заниматься фаст-фудом, а наоборот, чем-то позитивным и здоровым. Мне нужно будет нанять по меньшей мере 50 местных жителей, а, возможно, и больше.

Следующим шагом было открытие компании с ограниченной ответственностью в определенном кантоне, после чего можно было двигаться дальше. Но оказалось, что, несмотря на то что я создаю компанию, я должен был быть нанят этой самой компанией, поскольку я гражданин Египта. Это вернуло меня почти с начальную точку. Мне казалось, что, если отрыть компанию, вложить деньги в швейцарскую экономику, то будет проще и мне выдадут разрешение на проживание. И когда мой юрист сказал мне об этом, я был в шоке. А после осознал, какие серьезные ограничения сегодня представляют собой иммиграционные законы.


ИНТЕРВЬЮЕР

Что Вы решили делать после того, как столкнулись с очередными трудностями для продвижения франшизы?


МОХАМЕД


У меня отличный юрист в Цюрихе, и сначала, когда я сказал ему, что у меня египетское гражданство, он сразу же пояснил, что затея будет не из простых. Он сообщил мне, что я не могу быть директором компании, поэтому мне придется найти гражданина Швейцарии для директорства. Обойти это требование было невозможно.

Я был столь мотивирован идеей начать этот бизнес в Швейцарии, вернуться туда и работать там. Швейцарцы очень ориентированы на здоровый образ жизни, но там недостаточно спортивных сооружений. И вот, я хотел довести это дело до конца, но постоянно возникали какие-то барьеры. Каждый день мы с братом сталкивались с новыми преградами. Даже убедить юриста заняться моим делом было сложно. Он знал, какой объем работы потребуется и, что успех маловероятен. Поэтому с самого начала он предупредил нас, что нет никакой гарантии, что все сработает. Тем не менее, мы решили попробовать.

Забавно, что первое, что я должен был сделать – это вложить 20 000 швейцарских франков в открытие компании. В результате независимо от того, получу я разрешение на работу в Швейцарии или нет, я вынужден был вложить деньги в создание компании, которой, в будущем, возможно, не смогу управлять.

Далее я должен подать уже в своей стране заявление на рабочую визу. После изучения ситуация мы с моим юристом поняли, что самая большая квота на разрешения на работу в кантоне Цуг. Поэтому мы подали заявление на регистрацию компании именно в этом кантоне. Это было не сложно. Сложность состоит в том, что швейцарское правительство должно принять мою модель бизнеса и мою компанию. Кроме того, конечно, я должен получить рабочую визу.


ИНТЕРВЬЮЕР

Так Вы все еще в процессе оформления всего этого, или какие-то вопросы уже разрешились?

МОХАМЕД


Все еще в процессе оформления. После многочисленных попыток юрист предложил подать заявление на 3-х месячное разрешение на работу, чтобы приехать и следить за реализацией бизнеса. То есть я не смогу жить в Швейцарии и постоянно наблюдать за работой компании. В течение года я смогу управлять компанией только 90 дней. Это неприятно. Как Вы понимаете, я приложил много усилий и труда, но даже не смог полноценно приступить непосредственно к реализации проекта. Это франшиза на услуги. Необходимо быть на месте, чтобы удостоверится, что все делается верно, что наняты хорошие работники, что клиентам оказываются качественные услуги и так далее. Именно от этого зависит долгосрочный успех. Кроме того, все это и в интересах самих швейцарцев. Если бизнес успешен, мы растем, мы нанимаем больше людей. Опять же, одно из условий франшизы, ты должен быть в стране, где реализуется проект.

И вот теперь мы в середине процесса. По всей видимости, я буду находиться в Швейцарии 90 дней в течение года. Затем мой брат будет приезжать на 90 дней. То есть в течение 6 месяцев по меньшей мере один из нас будет на месте, но другие полгода всем будет управлять швейцарский директор. Значит нам необходимо убедиться, что он точно знает, как действовать в той или иной ситуации.

Такой порядок работы будет продолжаться пока мы не докажем правительству Швейцарии, что компания развивается и мы, по крайней мере, не в убытке и нанимаем швейцарских работников. После этого я могу подать заявление на более продолжительное разрешение на работу.

ИНТЕРВЬЮЕР

Что Вы чувствуете относительно всех этих барьеров, с которыми Вам пришлось столкнуться? Вы считаете такие ограничения введены в интересах граждан Швейцарии?

МОХАМЕД

По моему, все это нелогично. Ведь, чтобы компания была успешной, что также в интересах граждан самой Швейцарии, я должен быть на месте и следить за всеми делами. Но ограничение в 90 дней просто уменьшает наши шансы. Я не могу быть там для управления проектом, а значит вероятность удачного развития бизнеса уменьшается, значит меньше шансов показать ценность проекта и получить разрешение на работу. Все это реально тормозит наше дело.

Другими словами, такая ситуация наносит вред не только мне, но и развитию компании, то есть вредит общей пользе швейцарской экономики. В определенном смысле установив такие ограничения, Швейцария вредит сама себе.

В этой связи, вполне возможно, мы не сможем нанять столько людей, сколько могли бы, если находились бы на месте. Если учредитель может наблюдать за всеми аспектами бизнеса, то шансы на успех возрастают многократно. В этом случае появляется большая вероятность быстрого расширения.


ИНТЕРВЬЮЕР


Как Вы считаете, страны выиграют от открытия своих границ?


МОХАМЕД

Я думаю, что на данный вопрос следует смотреть как на торговлю. Это просто продажа труда. У каждого есть какой-то талант и навыки в определенной области. Каждая страна хороша в определенной сфере. Почему некоторые страны импортируют хлопок, или почему некоторые покупают нефть у Саудовской Аравии? У каждой нации есть свои преимущества. Но эти строгие и негибкие ограничения снижают потенциал всего нашего мира и общества.


ИНТЕРВЬЮЕР

Как Вы думаете, скоро ли мы будем жить при открытых границах?


МОХАМЕД


Сложно сказать. Первый шаг – это пролить свет на саму проблему, поскольку многие люди просто не понимают, что она существует, и я не виню их за это. Нет достаточно информированности о трудностях, с которыми сталкиваются люди только потому, что они рождены в определенном гражданстве.

Ввиду учебы в Швейцарии, у меня осталось много друзей в Европе. Когда они слышат об этих трудностях, на их лице застывает вопрос, потому что они никогда не сталкивались с такой проблемой. Это не их вина. Такова реальность.

Поэтому, как скоро, зависит о того, как будет освещаться данная проблема, насколько широко будет обсуждаться этот предмет и как много людей увидят не риски, а пользу от открытых границ.

На мой взгляд пример с торговлей самый удачный. Ведь экономически доказано, что торговля приносит пользу всем странам. То же самое с трудом – не только высококвалифицированным, но любым. Не только технических гениев. Не говоря о том, что, если все будут в более или менее равных условиях, люди будут вынуждены конкурировать, совершенствовать свои навыки и знания, что повлечет большее число инноваций, идей и продвинет вперед все человечество.

Это интервью является частью серий проект Свобода Передвижения (TheFreedomofMovementProject).Чтобы узнать больше о людях, на которых повлияли существующие миграционное законы, и о концепции открытых границ и свободы передвижения – следите за новыми публикациями на нашем сайте и пишите свои комментарии о том, что ВЫ думаете по данному предмету.


Перевод Кривошеевой Татьяны

© 2020 by Freedom of Movement Project

  • Instagram
  • LinkedIn